Блог Денег

О краудфандинге в кино из первых рук — Антон Уткин, Lateral Summer

6 августа 2014, 18:15

Недавно к нам в гости зашёл Антон Уткин — сценарист и режиссёр студии «Отдельное лето», только что собравшей 402 тысячи рублей на свою первую краудфандинговую короткометражку «Лето». Антон (кроме «Отдельного лета» он работает как сооснователь/партнёр в CloudChart и Thalient) рассказал, как можно снимать годное кино на русском языке, в чём сила и слабость краудфандинга по-русски, и как меняется мир за месяц сбора с него «по нитке».

 

— Это не первый фильм студии, почему вы решили использовать краудфандинг?

Во-первых, это был повод перестать вынимать деньги из собственного кармана — я мог бы обеспечить съёмки фильма, но тогда очень сильно и надолго просел бы в плане личных финансов — учитывая, что в отпуске я не был давно, перспектива выглядела так себе. Во-вторых, на эту мысль нас навела наша актриса Алёна Бабенко — она предложила сделать выразительный тизер, и на его основе так или иначе раздобыть бюджет; команда решила, что это будет краудфандинг, потому что соглашаться с каким-то одним инвестором из России зачастую значит рисковать тем, что он влезет в творческий процесс по принципу «кто платит, тот и заказывает музыку».

К тому же, модель альтернативного производства и распространения уже успешно работает в мире: например, очень интересный режиссер Шейн Кэррат (который вообще-то не режиссёр, а профессиональный математик) свой последний фильм «Примесь» снимал на фотоаппараты Panasonic и потратил на всё около 100 тыс долларов. Он полностью отказался от всей официальной дистрибуции, открыл свой сайт, и собрал почти полмиллиона долларов.

— Думаешь, российский зритель, в отличие от российского инвестора, готов оплачивать свободу творчества и не мечтает «заказывать музыку»?

Я думаю, что зритель — такой же романтик, как и члены нашей команды. У короткометражек незавидная в финансовом аспекте судьба — это хороший способ громко заявить о себе на фестивалях, но окупить их создание практически невозможно, если только это не какой-нибудь грант. Все наши попытки постучаться в профессиональное сообщество до запуска краудфандинга закончились ничем (при этом, с началом краудфандинговой кампании ситуация сдвинулась с мёртвой точки), так что мы, особо не отчаиваясь, решили спросить у массового зрителя — а хочет ли зритель такое кино? Успех нашей кампании укрепил нас в мысли, что да, хочет.

 


— А почему российский зритель, а не глобальная аудитория, Kickstarter?

Тут дело в культурных кодах — в американском кино они совсем другие, и ровно поэтому американцы предпочитают заново переснимать любой успех иностранного кино, в то время как европейцы легко смотрят иностранные ленты, просто сделав к ним субтитры. Посоветовавшись с несколькими тамошними коллегами, мы решили, что раз наше кино интонационно русское, то и снимать его нужно в первую очередь для русского — в культурном смысле, русскоязычного — зрителя, а уже потом думать про судьбу международного проката.

— Хорошо, вы решили попробовать краудфандинг, не имея никакого опыта в этом — а дальше? Как выбирали платформу, готовились?

Мы изучили варианты, и выяснили, что выбора в общем-то нет, потому что Planeta.ru это самый активный и жизнеспособный ресурс, его команда пытается делать что-то своё на российском рынке, в отличие от второго и последнего игрока на рынке краудфандинга в России, Boomstarter — полной копии американского Кикстартера. Это подтвердил телефонный звонок менеджера «Планеты» в тот же день, когда мы начали кампанию — прекрасная Василина Горовая позвонила, чтобы познакомиться, морально поддержать нас, и дать несколько полезных советов о том, как рассказать о нашем фильме всем-всем-всем.

— И как это сделать?

Мы написали медиаплан и старались его придерживаться. Заранее подготовили медиакит с фотографиями актрисы и кадрами из тизера, приложили PDF с информацией о команде, разослали всем, кого вспомнили. Кирилл Алёхин (Life Is Short) был первым, кто откликнулся, и оперативно, в лучших традициях западной журналистики, выложил о нас развёрнутую новость с прямой речью. Для Наили Гольман из Interview мы с продюсером и оператором-постановщиком собрали советы о том, как снимать сложное кино усилиями маленькой команды. Команда «Афиши» отказалась с нами работать (привет, личная неприязнь и старые обиды), а команда Wonderzine самостоятельно, без просьб выпустила о нас очень проникновенный анонс — спасибо Оле и её коллегам.

Больше всего толку (я в этом, кстати, ни на секунду не сомневался) вышло, когда наши друзья написали о проекте на Лепре — часть лепрян нас по старой доброй традиции пожурила, особо не стесняясь в выражениях, однако другая часть занесла денег, причём занесла их так, что эффект от «Лепрозория» в 2-3 раза перекрыл суммарный эффект всех остальных СМИ вместе взятых (я не преувеличиваю) — вот что такое сила цельного закрытого сообщества. И напротив — эффект от анонса на телеканале «Дождь» был околонулевой; коллеги переврали подробности нашего проекта в четырёх местах, дорогие телезрители (мы следили в Facebook без права голоса) ожидаемо смешали нас с грязью — в общем, вышло неловко и абсолютно неэффективно.

И всё же правда в том, что если вы не обласканная вниманием поклонников знаменитость, то деньги в подавляющем большинстве случаев будут давать друзья членов команды и друзья друзей. В нашем конкретном случае эффективность практически всех СМИ была околонулевая — люди молча читали, иногда лайкали, но на финансовом состоянии проекта это практически не отражалось. Здесь, конечно, проблема не в СМИ, проблема имеет системный (если не сказать — национальный) характер.

 

— Что за «национальный характер» — люди из России не горят желанием отдавать деньги?

Многие люди не только не помогают, но и не стесняются выражать свою неприязнь и просто зависть. Со стороны коллег по цеху половина из тех, с кем мы изначально мечтали поработать, сами пришли и предложили свою помощь — спасибо им за это и низкий поклон. И, напротив, другая половина сохраняла гробовое молчание — ни личного доброго слова, ни полссылки, ни звука. Оглушительная тишина.

Мне не очень нравится эта ситуация, я сам — серийный «бэкер» на Kickstarter и других платформах, за несколько лет поддержал больше полусотни проектов со всего света (в том числе и из России). Кстати, именно так мы познакомились с ребятами из Woodenshark, которые теперь помогают нам сделать нейрошлем для съёмок.

Ещё один прекрасный случай: нам для съемок нужен был реанимобиль — аренда старой потрёпаной машины скорой помощи выходила в достаточно большую сумму. Тогда я, совершенно ни на что не надеясь, написал PR-менеджеру из Volkswagen. Описал наш проект, сценарий, прислал несколько скриншотов и спросил, могут ли они нам помочь в этом вопросе. Ответ пришел через 15 минут: «классный фильм, перенаправлю просьбу куда нужно» — через полчаса мы получили новый реанимобиль. Мне кажется, что я до сих пор не могу в это поверить. 

Я надеюсь, что ситуация будет меняться в лучшую сторону, и русские (в культурном, не в этническом смысле) будут чаще и больше поддерживать друг друга. 


При этом и у нас есть громкие примеры краудфандинга в кино — проекты, в поддержку которых люди продолжают отправлять деньги на протяжении большого количества времени. Достаточно долго длится история с фильмом «28 панфиловцев» — вероятно, потому что им нужно 60 миллионов суммарно — а собирают они деньги по частям, чередуя со съемками. Безусловно, это тоже стратегия — и возможно даже неплохая, но я считаю, что краудфандинг не всегда ограничен именно деньгами (то есть, «собирать деньги — пока собираются»), самое важное — успеть при этом собрать в нужном месте прекрасных и талантливых людей — в тот момент, когда все они смогут уделить проекту своё время. Вот, например, у нас в команде есть Толик Беликов из Екатеринбурга, он настоящий доморощенный гений, и нам очень повезло, что именно он — наш оператор. Я мог бы запросить больше денег у фандеров — но зачем, если второго такого оператора в России я не найду совершенно точно?


— «Планета» помогала в продвижении проекта чем-то, кроме полезных советов? Если деньги в конечном итоге давали знакомые и знакомые знакомых – можно было с тем же успехом собрать их у себя на сайте?

Деньги давали не только друзья друзей, но и совершенно незнакомые люди из самых разных городов России. Как-то утром мне звонит Василина: «Антон, посмотри, до вас Вадим дошёл» — я проверил сумму последнего поступления — 100 000 рублей. Оказалось, что этот мужчина — совладелец крупной российской компании — часто жертвует большие суммы на различные проекты на «Планете», при этом предпочитает оставаться инкогнито.

Да, краудфандинг в России сегодня находится в зачаточном состоянии, но всё же это отличный способ рассказать о себе миру, привлечь внимание профессионалов, коллег и потенциальных партнеров. При должной активности и здравомыслии любой проект может осуществиться.

2 комментария

Лого очень сильно смахивает на лого из других фильмов – чужие и прометей. Трейлер хороший, кроме того места, где женщина что-то одевает на голову.

Было бы здорово наконец-то перевести краудфандинговые модули для "пожертвований" на английский - а то приходится переводить всё вручную и для иностранцев писать инструкции...

Красивые видео-ролики с описанием сервисов Яндекс сделал для иностранцев, а формы оплаты по-прежнему только на русском)))))