Финский суд отказался признавать секс беженца с 10-летней девочкой изнасилованием. Как такое возможно? Как общество в Европе терпит такое?

Анонимный вопрос  ·  
3,3 K
Илья Левин  ·  22,0K
программист, предприниматель

Ну теперь давайте полностью посмотрим, что произошло. 

инстанция не нашла подтверждений тому, что половой акт произошел с применением силы, и оставила приговор без изменений. Преступник проведет в тюрьме три года за «злостную сексуальную эксплуатацию»

Это называется "квалификация состава преступления". Состав преступления "изнасилование" подразумевает действия насильственного характера - т.е. применение физической силы или угрозы ее применения. Доказательств наличия таких действий со стороны преступника предъявлено не было, значит преступление не может быть квалифицировано по этому составу. Оно было квалифицировано по другому составу - сексуальная эксплуатация (в российском УК квалификации более узкие, но тут ближе всего статья 134). По нему да, наказание менее суровое.  Но так работает судебная система в нормальной стране, так работает институт закона. Нельзя наказывать человека по статье, под которую его действия не подходят, даже если некоторым очень хочется. 

Собственно, эта меньшая суровость наказания и вызвала, судя по публикациям, огромную волну негодования, дошедшую даже до парламента страны, готового внести поправки в уголовный кодекс и ужесточить наказание за подобные преступления. Так что, очевидно, для следующего такого случая наказание откорректируют. 

End of story.

4 мая 2018  ·  792
Комментировать ответ...
Реклама
Вы знаете ответ на этот вопрос?
Поделитесь своим опытом и знаниями
Войти и ответить на вопрос
Читайте также

Может ли добровольный секс стать причиной обвинения в изнасиловании, если девушка заявит об этом в полицию?

Мария Е.  ·  7,9K
студентка, журналистка, художница

Может. А еще девушка может взломать ваш аккаунт, выложить свои интимные фото, а потом обвинить вас. Примерно та же степень сложности и неприятности, зато она сможет стребовать с вас денег за моральный ущерб. О, а еще вам могут подкинуть дорогую вещь и обвинить в краже. Или в попытке убийства. Жизнь вообще штука опасная.

Но если серьезно, да, чисто в теории, вас можно подставить, даже если вы вообще не спали, но сделать это чрезвычайно проблематично. Вот несколько причин, почему некая девушка этого не сделает.

  1. Нет весомого повода. Нужно спланировать довольно опасное дело. Вы должны быть серьезно виноваты (вряд ли кто-то будет так заморачиваться из-за простого расставания). А если вы действительно сделали что-то плохое, легче судиться с вами из-за него.

  2. Недостаточная расчетливость. Спланировать подставу не так уж и просто. Не у всех вообще хватит способностей сделать это качественно.

  3. Более легкие пути. Она может просто сломать вам нос. Это легче.И вы вряд ли кому-то расскажете, вам будет стыдно.

  4. Сообщник. Избить саму себя реалистично очень сложно. По характеру травмы можно определить как ее нанесли. Девушке придется просить кого-то ударить ее или хотя бы побыть свидетелем. Тайну на двух человек уже сложнее сохранить. И возвращаемся к пункту 1, чем вы так насолили второму человеку, что он помогает вас засадить?

  5. Отсутствие выгоды. Даже если вас посадят, ей-то что? Гораздо лучше подвести вас под статью, где фигурируют моральный ущерб и защита чести и достоинства (например, про те самые фото из вступительного абзаца). Так она хотя бы получит деньги.

  6. Маленькая вероятность успеха. Не факт, что она докажет изнасилование. Но даже если она это сделала, то по статистике примерно половина обычных (вы были один, а она не ребенок) изнасилований заканчиваются условным сроком. То есть, шанс встретить злого вас у себя под дверью куда выше шанса упрятать вас за решетку.

  7. Стыд. О произошедшем будут знать все ваши знакомые. О том, что она с вами спала, да еще и не добровольно. И очень большая часть этих знакомых будет на вашей стороне. "Сама, дура, виновата", "спровоцировала", "она этого хотела и напрашивалась", - все это выслушивают реальные жертвы изнасилований. По медицинской статистике в лучшем случае пятая часть женщин с явными следами насилия обращаются в суд. Вряд ли кто-то добровольно и беспричинно захочет все это испробовать.

  8. Гинеколог. Большинство женщин боятся гинеколога, а уж обследования по сбору улик тем более. Это неприятно и унизительно даже в дорогой частной клинике, не то что у судмедэксперта (не особо знаю сам процесс,больше разбираюсь в статистике).

  9. Страх. Обычному среднему человеку совершать любое преступление просто страшно. Многие люди боятся зайцем проехать, а мы говорим об афере, за которую штраф и позор ого-го могут быть в случае неуспеха.

  10. Мужская солидарность. В полиции сейчас в основном мужчины. Известны случаи, когда домой отправляли изнасилованных женщин (побитых, в рваной одежде), рассмеявшись и не поверив. Случаев, когда мужчина был невинно обвинен, ничтожно мало, но каждый из них растиражирован просто фантастически. В итоге, сейчас доверие к жертвам довольно мало, хотя случаев реального изнасилования просто в тысячи раз больше.

  11. Сложно доказать сам факт. Доказать факт изнасилования очень сложно. Особенно если вы в отношениях, или если есть свидетели, которые видели, что она добровольно ушла с вами с вечеринки.

Итог. Теоретически можно вас обвинить, но сложно и не нужно. Если вы все же боитесь:

  1. Запасайтесь свидетельствами согласия. А что? Будете забавным чудаком с договорами на секс. Это даже оригинально. Можно еще диктофон попробовать.

  2. Спрашивайте при свидетелях, согласна ли она. И спрашивайте ее пока она трезвая, если планируете пить.

  3. Будьте осторожны, если любите по жестче. Помните о безопасности в БДСМ. Да, она согласилась на жестки секс, но вовсе не на риск для жизни. Да и отсутствие синяков будет вам только на руку.

  4. Удостоверьтесь, что вы не насилуете. Для большинства людей сейчас изнасилование - если она орет на полквартала и отбивается. Но это не так. Нет четкого согласия, а вы нежно прижали ее к стенке - изнасилование. Он пьяна, а в трезвом виде она вам ничего не обещала - изнасилование. Она не хочет, а вы ее шантажируете, что бросите (что это ее супружеский долг или чем-то еще) - изнасилование. Она передумала во время самого процесса, а вы продолжили - изнасилование. Она согласилась на миссионерскую позу в темноте, а вы развернули парад извращений - изнасилование. Это не сложно, достаточно помнить, что основа добровольного секса - это согласие (на сам факт, на продолжительность по времени и на особенности).

30 сентября 2015  ·  5,2 K
Прочитать ещё 11 ответов

Какие меры может предпринять Евросоюз после нападений на женщин в Кельне?

Главный редактор сайта Московского центра Карнеги, бывший сотрудник посольства...

Вокзалы, мужчины, женщины и даже новогодняя ночь в Рабате и Кёльне были те же, в Рабате и Фесе европейские женщины были даже вольнее одеты, однако местные мужчины там сами держались от них на расстоянии вытянутой руки. Значит, дело не в вокзалах, мужчинах и руках, а в чем-то, что разделяло их в Рабате и Марракеше и перестало разделять в Кёльне. Этот невидимый барьер не так трудно найти.

Для начала, женщина на вокзале Феса ограждена силой традиционного общества. Большая семья, давящая индивидуальность по другим поводам, гнетом бесчисленного родства спасает и от насилия. Женщина, на которую пусть и с тайным желанием глядит восточный юноша, никогда не просто женщина сама по себе, представитель своего пола, ценный кадр, а чья-то дочь, сестра, невеста, племянница, седьмая вода на киселе, но будешь иметь дело с родней.

И сам он у себя в Алжире, Марокко, в Персии за тремя морями не просто парень хоть куда с огнем в крови и без звездного неба над головой, а тоже сын, брат и племянник. И никакой уголовной романтики. Если нарушил писаный и неписаный закон, сотворил стыд и харам, если поэкспериментировал с правами дрожащей твари, то с твоим отцом не поздороваются старики, к дяде в чайную не придут на чай, сестра не выйдет замуж, а брата не возьмут на работу, хотя только что собирались.

Нарушение закона и приличий влечет за собой изоляцию, которая в обществах, где почти все основано на связях, – конец перспективам, и собственным и семейным. Разве что ехать в Кёльн. (Кстати, много ли из тех, кто приехал, бежал именно по этой причине, кто выяснял?) Конечно, и на Востоке общество атомизируется и коллективные узы ослабевают, но тогда и отношения полов становятся свободнее и проблема решается мирными средствами.

Своих и – по инерции, по переносу привычки – чужих женщин на Востоке защищает сила большой семьи и коллективного стыда. Но чужих, которые защищены как бы только наполовину, – вдобавок и сила закона. Чужие ведь они какие-то другие. Если бы у них были настоящие отцы, дядья, братья, разве позволили бы они им так одеваться, в одиночку разъезжать и сидеть по кафе. Но отсутствие видимой большой семьи за их спиной компенсирует очень даже видимое и грозное присутствие собственного государства. Житель «арабских стран и Северной Африки» очень хорошо чувствует, что вся сила его собственного закона, его собственного государства, его юридической и полицейской машины, случись что, будет на стороне европейской простоволосой женщины. За нее ему страшно попадет, он будет – со всеми последствиями для собственной семьи – сокрушительно наказан.

Толпа – вторая причина случившегося возле немецких вокзалов. Ни одно из восточных государств, откуда приехали кёльнские насильники, не позволит собраться без надзора толпе из тысячи мужчин. Если у вас в городе не «арабская весна», а обычный солнечный зимний денек, песок весело хрустит под ногами, сойки перескакивают с пальмы на пальму, толпа из тысячи мужчин, тем более нетрезвых, на вокзальной площади немыслима. Она будет рассеяна, поставлена под жесткий контроль. А раз тут, в Германии, можно собраться, значит, можно и остальное.

И вот первый рецепт. Европейская полиция не должна делать вид, что толпа мужчин из дальних стран в тысячу человек на площади – это ничего особенного, свободные люди в свободной стране могут прогуляться по площади тысячей-другой. Ничтожные собрания правых или, напротив, левых охраняются превосходящими полицейскими силами, а тут не заметили.

Ясно почему. Усиленное внимание полиции к собраниям людей неевропейской внешности может повлечь за собой политические обвинения в расизме. По этому поводу надо перестать переживать. Если приезжие такие же люди, как мы, что вполне верно, то к неевропейской толпе европейская полиция должна начать относиться как минимум так же строго, как к собственной, – например, футбольных фанатов или крайне правых.

Тем более что у пробившихся в Европу в этом году есть неприятный для Европы опыт нарушения закона толпой, за которое потом ничего не было. Отсюда ложный вывод: что нельзя одному, позволено вместе. Один в Европу поди приедь, а толпой – граница нипочем. Есть искушение распространить этот опыт и на другие запреты: эй, ухнем, а дальше сама пойдет. Один раз европейский закон оказался понарошку; так, может, и в раз другой окажется.

Другого раза не должно быть.

Почему Европа представляется местом, где можно то, чего нельзя дома? Потому что люди попали из мира, в котором по-прежнему так или иначе действует коллективная ответственность, в мир, где ее нет и быть не может, и это словно бы освобождает от любой ответственности. Восстановить коллективную ответственность невозможно, это значит изменить себе, перестать быть Европой. Это все равно что одеть европейских женщин в платки и посадить в отдельные автобусы.

Однако необходимо со всей возможной силой показать, что отсутствие коллективной, семейной, общинной ответственности не освобождает от индивидуальной. Она должна быть без всяких оговорок и расовых скидок – такая же, как для белого, который поднял бы руку на мигранта. Выходец из дальних стран, который не трогает свою женщину, но считает возможным тронуть «доступную» западную, такой же расист, как европейский неонаци, который бьет турка за то, что тот не блондин с голубыми глазами.

Европа, которая не применяет коллективные категории к себе, должна перестать применять их и к другим, то есть перестать оперировать массовыми понятиями несчастных беженцев, жителей бедных стран и жертв европейского колониализма, и разбираться с каждым индивидуально.

Коллективную ответственность Европа вводить, не изменив себе, не может. Зато может попытаться создать для новоприбывших привычную сдерживающую среду стыда. Такой стыд всегда кого-то перед кем-то, а когда ты никто и тебя никто не знает, никакого стыда нет. Значит, надо, чтобы узнали: ложный коллектив толпы надо заменить привычным коллективом условной большой деревни.

Возможно, правильнее будет поручить миссию объяснения европейских сатурналий не немкам-соцработницам из кёльнской мэрии и не западным художникам, которые таких пиктограмм понарисуют, что поймут ровно наоборот, а местным членам сирийской, алжирской и так далее общины. Новоприбывших, которые, по словам свидетелей событий, говорили только на арабском, надо интегрировать не напрямую в абсолютно чужое немецкое общество, а сперва в общество сирийцев, алжирцев, марокканцев Германии. Чтобы их там знали по имени, фамилии, роду, племени, родине и матери. Жить сразу как европейцы они пока не сумеют и не все захотят, но сумеют и должны начать жить как сирийцы и алжирцы в европейской стране.

http://carnegie.ru/commentary/2016/01/12/ru-62439/iser

12 января 2016  ·  < 100

Занимались ли вы сексом с людьми из другой страны? Есть ли отличия в поведении у иностранцев? Как решали проблему языка? Мой случай - в комментарии.

Ненавижу коммунизм. Не поляк, но умею если нужно.

Да, с полячкой. Единственная разница была в том, что у нее вырывалось: "Так, так, та-ааа-к!" (пер. - "Да"), "Цо ты ще щмеешь? Вырухай мне лепией!" (пер. - "Че ты смеешься? Лучше трахни меня!"). По-началу и правда сложно сдерживать смех, когда привык слышать совершенно другое. Никакой другой разницы вообще не заметил.

16 августа 2016  ·  6,0 K
Прочитать ещё 1 ответ

Почему во всем мире за педофилию наказывают строже чем за убийство?

Игорь Лазарев  ·  3,9K
Игры, путешествия и немного всего остального - так интереснее жить.

На мой взгляд, вопрос поставлен не совсем корректно. Для начала нужно указать, что убийство убийствам рознь, наказание за причинение смерти по неосторожности и наказание за совершение массового убийства группой лиц по предварительному сговору с кучей прочих разных отягчающих обстоятельств оцениваются по-разному.

Что касается педофилии, т.е. насильственным действиям сексуального характера с малолетними/несовершеннолетними, то здесь имеет место использование некоего рода беспомощности объекта преступления (несовершеннолетнего): он может не понимать, что с ним делают, может быт ьв зависимости от преступника, может иметь перед ним страх или что-то еще, но всегда вывод один: несовершеннолетний гораздо меньше защищен от насилия, нежели взрослый. Уже одно лишь это дает основания к ужесточению наказания.

26 июня 2019  ·  448

У феминизма много направлений. Как их представители оценивают ситуации, когда женщина пытается уничтожить мужчину, ложно обвинив в изнасиловании,домогательстве?

Анонимный ответ

Тут недавно появились одновременно несколько вопросов о ложных обвинениях в изнасиловании, в связи с очередной историей в новостях. Чтобы понять отношение феминисток у подобным ложным обвинениям, давайте рассмотрим подробнее один из их ответов. https://thequestion.ru/questions/408827/answer-anchor/answer/583846#answer583846-anchor

Заметим, для начала, что феминистка нарушает правила сайта подписываясь "Джон Доу", а не человеческим именем. Однако же на этом сайте феминисткам правила не писаны.

Начнем с того, что страхи противников клеветы как минимум преувеличены — ... Ложными признают в среднем от 2 % до 8 % от общего числа таких обвинений

Неправда, феминистсая легенда, что "женщины не врут о таких вещах". Исследования показывают, что не 2%, а намного более 50% обвинений в изнасилованиях - вранье. См, например, http://en.wikimannia.org/False_rape_allegation

Например, Кристал Мангум в 2006 году ложно обвинила в изнасиловании трех парней. Суд не нашел этому доказательств,

Опять неправда. Это нашумевшее дело развалилось и не дошло ни до какого суда. Давайте сравним изложенную в ответе лживую феминистскую версию этой истории с англоязычной Википедией. https://en.wikipedia.org/wiki/Duke_lacrosse_case

Мангум была стриптизершей

Не стриптизершей (которая за деньги раздевается), а проституткой (которая за деньги имеет секс). Кстати, я за легализацию проституции, но меня очень веселит, как российские проститутки называют свою профессию "бьюти-блоггер", "библиотекарь", и другими эфвемизмами.

В частном университете Дюк, знаменитая студенческая команда по игре в лакросс. Один раз команда коллективно заказала девушку по вызову. У них так принято, всем коллективом отыметь одну девушку. Без сомнения, многие студентки университета Дюк рады были бы поучаствовать в групповухе бесплатно, и зачем они вызывали проститутку мне непонятно. Но появилась Мангум. Ее внешние данные заказчикам не понравились, и ее отослали не воспользовашись ее услугами. Этот отказ очень огорчил проститутку и в отместку она обвинила всех (а не только троих) членов команды в изнасиловании с использованием швабры.

парни были «образцовыми белыми мужчинами» и позволяли себе расистские выпады в ее адрес.

Команда знала, что заказывала африканоафриканскую проститутку. Отвергнутая Мангум утверждала, что ее, когда прогоняли, обозвали табуированым словом на N. Это, конечно, очень невежливо, если правда, но не криминал.

у нее были проблемы на работе

Ее работа была проституция. Если внешность для проституции не подходила, есть и другие работы. Все профессии нужны, все профессии важны.

до этого Мангум уже обвиняла в изнасиловании другого мужчину

До этого Мангум уже ложно обвиняля в изнасиловании группу мужчин, причем с такими же подробностями - с использованием швабры. Но феминистки все равно врут, что ложных обвинений не бывает.

В итоге она попала в тюрьму в 2013 году.

Мангум села за убийство саоего сутенера. За ложные обвинения ее не судили.

В итоге бывший прокурор Найфонг лишился лицензии юриста, но не сел.

А феминистки всё еще утверждают, что верят Мангум.

28 июля 2018  ·  111
Прочитать ещё 1 ответ