какое средство художественной изобразительности"такой откровенный,что никто слова не молвит,а он уже во все горло гаркает?

кежикмаа х.
  · < 100
TutorOnline - одна из крупнейших онлайн-школ. Мы преподаем более 150 предметов. Наша цель...  · tutoronline.ru

Ирония

Ирония

9 августа 2019  · < 100
Комментировать ответ…
Вы знаете ответ на этот вопрос?
Поделитесь своим опытом и знаниями
Войти и ответить на вопрос
Читайте также

«Остров Сахалин» Эдуарда Веркина и А. П. Чехова. Классика против современности. Или заодно?

Писатель, редактор сервиса электронных и аудиокниг ЛитРес. Заглядывайте в мою...

Давно отложила «Остров Сахалин» Эдуарда Веркина – это классный писатель, за чьим творчеством я слежу с детства. У него слегка агрессивный стиль и полное отсутствие страха травмировать хрупкую психику своих молодых читателей. Тем более захотелось познакомиться с произведением, которое он написал для взрослых. Но для начала я решила (и чертовски довольна таким выбором) прочитать…

«Остров Сахалин», Антон Чехов

image.png

Это своеобразный литературный отчет Чехова об его экспедиции на остров. Для меня эта книга стала прекрасной возможностью познакомиться с «серьезным» Чеховым, а не только с его рассказами. Вскоре нужно будет прочитать его «Черного монаха» – говорят, довольно мрачная вещь. «Остров Сахалин» тоже не из легких.

Антон Павлович составил книгу из своих впечатлений, статистических данных и из разговоров с местными жителями. Он приоткрыл окошко в жуткий, но невероятно разнообразный мир каторги: в одном селе живут картежники, которые зарабатывают исключительно азартными играми, в другом – убийцы, к которым лучше не поворачиваться спиной. С одного края Сахалина женщин почитают и любят, потому что они – редкость на острове, в другом же краю их едва ли ставят выше скота. Чехов был бы прекрасным журналистом: в каждом человеке, о котором он пишет, ему удавалось найти какую-то емкую деталь. Ничего лишнего, никаких пустых историй – только яркие моменты и факты из тяжелой жизни каторжан и свободных людей, которые не могут покинуть Сахалин.

Осадок после книги остался тяжелый. Тут и вставки с описанием телесных наказаний, и рассказы о людях, которые до конца жизни вынуждены гнить в одной большой тюрьме. В большинстве случаев заслуженно – но от этого не менее жестоко. Не могу представить человека, который в здравом уме поехал бы на Сахалин «просто так», а ведь Чехов провел там по собственной воле три месяца.

Книга тяжелая, поначалу скучная (это во многом из-за статистических вставок, но потом и в них начинаешь видеть всю суть), но потом невероятно цепляющая. Прочитана за ночь, осмысляю до сих пор.

«Остров Сахалин», Эдуард Веркин

image.png

Как я уже писала, просто замечательно, что я прочитала Веркина сразу после Чехова. Не знаю, как это произведение можно воспринимать в отрыве от работы классика – тут столько отсылок, продолжения мыслей и даже, как мне показалось, подражания стилю… и все аккуратно, без перебора и без пародии. Единственное – начинать было тяжело. Дней пять я засыпала на первых 50 страницах. Потом все-таки пробила стену – и не пожалела.

Если коротко, суть книги Эдуарда Веркина: на земле произошло много катаклизмов, военных действий и биологически опасных вспышек. Появился вирус мобильного бешенства. Население планеты почти вымерло, в том числе русские (гг – потомок славянского народа). Главной нацией стали японцы, прибравшие к рукам остров Сахалин. Теперь тут не просто каторга – это настоящий ад под открытым небом. Сюда-то и отправляется главная героиня – Сирень. Она футуролог и должна пройти путь, схожий с дорогой Чехова: нужно познакомиться с местным населением и на основе увиденного попробовать предсказать будущее.

Человечности среди каторжан, которую так активно искал и находил Чехов, не осталось. Теперь на Сахалине живет сплошное зверье в человеческом обличье, то же касается не только заключенных, но и их надзирателей. Убить «по приколу» – это нормально, нет никаких мер, направленных на исправление заключенных. Даже наоборот, каждому известно, что Сахалин – это место наказания, а не исправления. В тюрьмах есть специальный «негр» в клетке – местное развлечение. Китайцев и корейцев заставляют переплывать море под обстрелом пулеметов, чтобы дать им шанс попасть на каторгу – они просто еще не знают, на что соглашаются. У почетных гостей острова, в том числе у Сирени, есть привилегия убивать, кого вздумается, кроме свободных людей – впрочем, если сильно хочется, то можно и их.

Если у Чехова была гнетущая атмосфера, то Веркин возводит ее в абсолют. И это шикарно. Шикарно прописан быт, люди, какие-то выдуманные детали – о которых ни за что не подумаешь, что они выдуманные, если бы не указанный жанр книги – антиутопия. Он емко и во многих моментах без лишних деталей рассказывает о смерти. Понравилось, когда одного из главных героев убивают без лишней драматургии, просто «Такой-то убил такого-то». От авторского равнодушия как-то не по себе – классный прием.

Все было прекрасно ровно до середины книги, пока сюжет был весьма условный. Мы просто наблюдали за Сиренью и ее путешествием по острову, за ее общением с местными, наблюдениями порядков на острове. Потом случилось землетрясение, распространение мобильного бешенства, появились зомби и прочий, на мой взгляд, совершенно лишний экшн. Впервые вижу книгу, в которой активные действия и сюжет читать в разы скучнее, чем «бытовуху» и диалоги. Нет, это вовсе не плохой текст – Веркин умеет делать замечательные сюжеты. Просто на фоне прекрасного обыгрывания Чехова все последующее действие показалось совершенно лишним, лишь бы читатель не заскучал. Забавно, что как раз с этого момента я и начала скучать.

  · 46,5 K

Случалось ли в вашей жизни такое маловероятное, какое вы бы назвали «чудом»?

Коуч, тренер по саморазвитию, религиовед, христианин

Однажды мне преснился сон, который сбылся во всех деталях спустя много лет. В результате это изменило всю мою жизнь. Я вырос в атеистической семье. Мой отец был парторгом (партийным организатором, или руководителем партийной организации) на довольно значимом заводе в СССР. И в отношении религии я всегда видел только её полное отрицание, или насмешки. Сам я тоже искренне разделял эту точку зрения. Но мне снились «вещие сны». Очень ярко, приснится какое-нибудь событие, и что я как бы наблюдаю за происходящим, находясь в его центре. А потом всё сбывалось наяву, всё, что я видел во сне своими глазами, происходило в реальности, вплоть до мельчайших деталей. Я, стал интересоваться этой темой. Читал научные статьи в журналах. В итоге я согласился с научным объяснением, что мои «вещие сны», это подсознательная работа моего мозга, который показывает мне событие на основе того, что я видел в прошлом (но не без сомнения, уж очень яркими были детали происходящего во сне и наяву).

И вот, мне приснился сон, который я запомнил на всю жизнь. Мне снилось, я нахожусь на кладбище. Хожу по дорожкам кладбища, читаю надгробия. Потом направляюсь к выходу, собираясь уйти. Но тут немного справа, в стороне от выхода, замечаю какой-то старинный склеп. Мне становится любопытно. И я решаю сначала взглянуть на склеп, а потом уже направиться к выходу. Я подхожу к калитке склепа и вижу, что он превращён вандалами в туалет. А справа над аркой склепа, надпись, как будто сделанная мелом,- «БОГА НЕТ». Это меня задевает. Я хочу открыть калитку и подойти к склепу, чтобы стереть надпись. Но калитка, как бы сломана, и приоткрывается, образуя лишь небольшую щель. Я всё равно решаюсь стереть надпись. С трудом протиснувшись в щель калитки, подхожу к надписи и пробую стереть её рукой, но она не поддаётся. На этом месте я проснулся.

Этот сон потряс меня до глубины души! Я размышлял о нём несколько недель.

-Первое, зачем я,-атеист, комсомолец, сын коммуниста,- вообще решил стереть надпись «БОГА НЕТ»? С какого перепуга?! Ведь бога же нет! Конечно, я против вандализма, но тогда логичнее было бы вместо стирания надписи, сначала привести в порядок эту могилу (склеп). Ведь в моих глазах превращение склепа в туалет было гораздо хуже надписи.

-А второе, зачем я прилагал столько усилий, пролезая в щель калитки, чтобы стереть эту надпись? То есть я не просто хотел стереть надпись, а ещё преодолевал препятствие, чтобы это сделать. Я был воспитан в совершенно другом ключе. И никогда в прошлом не видел, и не слышал о том, чтобы кто-то отстаивал веру в Бога, и даже шёл ради этого на жертвы.

Очевидно, научное объяснение никак не подходило к этому сну. В итоге я пришёл к умозаключению, что причиной этого сна и «вещих снов» было влияние из вне. Я предположил, что кто-то знает о событиях моего будущего в мельчайших деталях и даёт мне во сне увидеть их.

Развязка наступила спустя много лет. Через какое-то время я совершенно забыл об этом необычном сне. Но уже не был категоричным атеистом. Я, допускал существование высшей силы, в том числе и Бога.

Уже в молодости, живя самостоятельно в другом городе (в котором я никогда раньше не был), я столкнулся с серьёзными проблемами. В какой-то момент я решил сходить в церковь, чтобы искать поддержку у Бога. Церковь находилась на территории кладбища. Мне было непривычно идти в церковь, и я решил немного погулять перед её посещением. На тот момент кладбище было как раз тем нужным местом для такой прогулки. Была поздняя осень, всё в снегу, холодно и пасмурно. Я в одиночестве бродил по кладбищу, читал надгробия, и размышлял о смысле жизни и смерти. От этого мне становилось легче. В конце концов, я направился к выходу, решив, что если будет настроение, то зайду в церковь, а если нет, пойду домой. Но тут я увидел справа по направлению к выходу старинный склеп. Мне стало интересно. Кто в нём захоронен? Я решил посмотреть на склеп и потом если хватит смелости, всё-таки пойти в церковь. Я подошёл к склепу, он был очень старым. Под его крышей была надпись из библии на старославянском. Имени умершего и даты не сохранились, но тут я заметил, что склеп внутри осквернён вандалами. А справа от входа в него была надпись, как бы сделанная мелом,- «БОГА НЕТ». При моём душевном состоянии это показалось мне верхом кощунства. Я решил стереть надпись. И попытался открыть калитку, но она вмёрзла в лёд и приоткрылась, образуя лишь небольшую щель. С большим трудом я протиснулся в эту щель и подошёл к надписи. Проведя по ней рукой, я понял, что она выдолблена на очень старой крепкой штукатурке, и стереть её просто так невозможно. И тут я вспомнил сон! Он сбылся до мельчайших деталей! И я, бывший атеист, стал верующим человеком. После этого я без каких-либо сомнений пошёл в церковь и простоял там службу до конца.

Было бы нечестным закончить статью на этом. Церковная служба меня разочаровала. В тот момент она не разделяла моих стремлений к Богу. Я делал «всё что нужно», глядя на окружающих, но это меня угнетало. Когда я вышел из церкви, мне стало легче. Я продолжил свои поиски Бога. И, в конце концов, нашёл (или Бог привёл меня) церковь, в которой воплощены все мои представления о Боге и гораздо больше.

Чудеса происходят от Бога. Чтобы мы стремились к спасению своей души!

3 сентября  · 9,3 K
Прочитать ещё 13 ответов

Девушки, как бы вы отреагировали, если бы ваш знакомый, прислал бы вам портрет, нарисованный им самим, на котором изображены вы и признался в чувствах? Реакция?

шпион делириума, литературный рабочий и просто будущий президент

Если человек симпатичен хоть немного - была бы очень рада. Это понятно почему))

А если не симпатичен - то было бы неудобно, не знала бы как реагировать и что говорить, как объяснить, что очень ценю признание, но не могу ответить взаимностью...

Одно точно - было бы приятно

15 июля 2018  · 1,5 K
Прочитать ещё 4 ответа

Ложь и инсенуации Солженицына разоблачили уже раз сто. Почему куча вроде бы серьезных и неглупых людей продолжает воспевать его как светоч истины и ссылаться на его "факты"?

dreamfreedom.ru t.me/politdela

инсИнуации

В чем ложь у Солженицына? Кто у Вас там чего разоблачил? Те, кто издевался над заключенными, избивал их и умерщвлял их - это, что ли, Ваши "разоблачители"? Или, быть может, Вы сами прошли ГУЛАГ и у Вас другие, противоположные впечатления от лагерей остались?

Не были Вы, конечно, ни в каких лагерях, Вы просто совесть потеряли, Вам правда очень режет глаза.

Вы отрицаете национальную трагедию России и трагедию других народов бывшего СССР.

У "ваших" это называется патриотизмом.

Так знайте, что помимо написанного Солженицыным на основании его личного опыта в ГУЛАГе, есть еще и документы. Почитайте, вот Вам факты от ОГПУ:

Из доклада комиссии А.М. Шанина Коллегии ОГПУ о положении заключенных в Соловках

Начало мая 1930 г.              Сов. секретно         Москва

III. Режим и быт заключенных

Подъезжая к Кеми, Комиссия предполагала найти в режиме Соловков, старейшего лагеря СССР, более или менее установившийся правопорядок. Кажущаяся налаженность производства, трудоемкие работы, обширное жилищное строительство, наличие относительно солидных чекистских кадров – все это как будто бы должно обеспечивать твердый, нормальный трудовой режим.

На деле оказалось другое. На основании только добытых в процессе работы данных Комиссия приходит к заключению, что издевательства, избиения и пытки заключенных количественно уже перешли в качество, т.е. в систему режима. Фактически[м] материалом к этой части доклада служат:

  1. Непосредственное обследование Кемского отдельного пункта, командировки Лесозавод № 4 при ст. Кандалакша, 1-го отделения СЛОН на о. Революции, 6-го отделения СЛОН при ст. Апатиты и к[омандиров]ки Разноволока близ станции Сорока и

  2. Обозрение имеющихся в производстве ИСО СЛОН следственных дел и копий обвинительных заключений и постановлений по ранее законченным следделам.

В качестве метода обследования лагерей Комиссией применялся личный опрос всех арестованных по следственным и дисциплинарным делам и заключенных в общих бараках.

Как твердо установленный факт необходимо констатировать общую запуганность заключенных: жалобы на жестокость режима удавалось получить исключительно в отсутствии администрации, давая гарантию, что избиений больше не будет. Несмотря на это, уже на Лесозаводе № 4 поступило значительное количество жалоб и заявлений, подтвержденных при следственной проверке.

Объективная картина режима на Лесозаводе такова: прежде всего Комиссией осмотрен карцер. Это дощатый сарайчик площадью в одну квадратную сажень, без печи, с громадными дырами в потолке, с которого обильно течет вода (в этот день была теплая погода), с одним рядом нар. В этом «помещении» буквально друг на друге в момент прибытия Комиссии находилось 16 полураздетых человек, большинство из которых пробыло там от 7 до 10 суток. <….> Только накануне приезда Комиссии арестованным стали давать кипяток; ранее это считалось излишней роскошью.

По поступившим жалобам Комиссией было опрошено 8 человек, туловища и руки которых были покрыты явными даже для неопытного глаза кровоподтеками и ссадинами от избиений. Характерно, что вызванный для освидетельствования избитых лекпом, авторитетно прикладывавший ухо к различным частям тела заключенных, оказался попом, осужденным по 58/10 ст. УК (немедленно переведен на общие работы)3. Мотивы избиений – легкие дисциплинарные проступки, иногда – побеги и попытки к ним. Контингент избивающих – надзиратели, конвоиры, стрелки, десятники, комсостав охраны – в подавляющем большинстве из заключенных.

При обследовании Кемского отдельного пункта (Вегеракша) получено свыше 20 жалоб на истязания и на о. Революции – 48. Особенными зверствами на о. Революции отличался командир 5-й карантинной роты заключ[енный] Курилко, печальная слава о котором проникла даже в украинские ДОПР’ы; наиболее изощренные художества: заставлял заключенных испражняться друг другу в рот, учредил специальную «кабинку» для избиений, ставил голыми на снег («стойка»), принуждал прыгать зимой в залив и пр. Лишь в несколько более легкой форме проявили себя другие «администраторы».

Самое жуткое зрелище предстало перед членами Комиссии на командировке при ст. Разноволоки. Несмотря на усиленную подготовку к приезду Комиссии (экстренное обмундирование ночью раздетых, вывод заключенных из карцера, уничтожение клопов при помощи пожарной команды и проч.), Комиссии удалось выявить настолько тяжелую картину общего режима, что невольно припомнилось излюбленное выражение знаменитого Курилко: «Здесь власть не советская, а соловецкая».

Штрафизолятор, в котором помещается 51 человек, представляет большую комнату, отапливаемую раз в два-три дня; в полу и стенах щели; масса клопов; нар нет совсем; в несколько рядов стоят простые скамьи без спинок в четверть аршина шириной; все арестованные (штрафники перемешаны со следственниками) одеты только в белье, в белье же выводятся оправляться (два раза в сутки) и в баню. Режим следующий: с 3 часов утра до 9 часов вечера арестованные сидят («на жердочке») неподвижно и молча; за малейшее нарушение распорядка – побои. В 8 часов вечера – поверка, с 9 до 3 сон на полу. Для укрывания выдается по одному предмету из вещей заключенного. Сидят в таких условиях неограниченное время, многие до года. Освободившиеся вспоминают о «жердочке» с ужасом.

Режим следизолятора отличается отсутствием «жердочки», наличием нар и тем, что заключенные имеют одежду. Избиения же процветают в такой же степени, как в штрафизоляторе. При освидетельствовании избитых обнаружены не только ссадины, рубцы, кровоподтеки, но и значительные опухоли, а у одного и перелом бедра. «Особо» провинившихся сажают в «кибитку» – карцер, существование которого начальник командировки тщательно пытался скрыть. В карцере, сконструированном наподобие вышеописанного (Лесозавод № 4), нет нар, сквозь крупные щели пробивается снег. Провинившихся держат в нем независимо от погоды по 2–4–5 часов в одном белье. Выпускают только тогда, когда застывающие от холода жертвы начинают исступленно вопить. Один из заключенных в «кибитке» за несколько дней до обследования искромсал себе куском стекла живот. Заключенные в общих бараках также в отдельных случаях жалуются на избиения.

Культивируется эта система пыток начальником изолятора, осуществляется надзирателями и конвоирами и поощряется начальником командировки, членом ВКП(б).

Комиссией предложено немедленно ликвидировать «кибитку» и соответствующим образом оборудовать все прочие помещения.

Приведем [наи]более характерные следственные дела.

  1. Вольнонаемный отделком командировки Воньга (1 отделение СЛОН) Кочетов систематически избивал заключенных, понуждал к сожительству женщин, присваивал деньги и вещи заключенных; неоднократно в пьяном виде верхом на лошади карьером объезжал лагерь, устраивал скачки с препятствиями, въезжал в бараки и на кухню, устраивал всюду дебоши и требовал для себя и лошади пробу обедов. Верхом на лошади Кочетов занимался и муштровкой заключенных, избивал их нагайкой, заставляя бежать и устраивал инсценировки расстрелов. Каждая из склоненных Кочетовым к сожительству женщин числилась у него под номером; по номерам же женщины вызывались на оргии, в которых принимал участие и сотрудник ИСО Осипов. По данному делу привлечено и арестовано 5 чел. Дело возникло в июне 1929 г., закончено только в апреле с.г. и направлено в Коллегию ОГПУ.

  2. Дело группы стрелков, десятников и конвоиров (все – заключенные) – Сено, Герлятовича (оба шпионы) и др. в количестве 8 чел. Работа в 4 отделении СЛОН (о. Соловки) – систематически избивали заключенных9, опускали их в прорубь, часами выдерживали на улице и привязывали к столбу. Никто из обвиняемых до приезда Комиссии не был арестован. Дело предложено направить в Коллегию ОГПУ.

  3. Дело надзорсостава к[омандиров]ки Энг-озеро 2 (3 отделение СЛОН) Золотарева и др. в числе 8 чел., систематически истязавших заключенных, в результате чего зарегистрировано было 3 смертных случая. Все обвиняемые арестованы. Дело направлено в Коллегию ОГПУ.

  4. В 6 отделении СЛОН имеется дело о систематических избиениях заключенных.

  5. Дело начальника к[омандиров]ки 63 км Парандовского тракта (2 отделение СЛОН) в/н Иозефер-Гашидзе и 18 надзирателей-стрелков, дневальных и десятников (все – заключенные). Обвиняемые под звуки гармонии избивали заключенных валенками с металлическими гирями; загоняли раздетых заключенных под мост в воду, где выдерживали их по несколько часов. Обвязывали ноги веревками и волокли таким образом на работу. В виде особого наказания заставляли стоять в «параше». Одного заключенного избили до потери сознания и подложили к костру, в результате чего последовала смерть. Сам Гашидзе оборудовал карцер высотой не более 1 метра, пол и потолок которого были обиты острыми сучьями; побывавшие в этом карцере в лучшем случае надолго выходили из строя. Отмечено несколько случаев прямого убийства заключенных в лесу. Несколько человек умерло в карцере. Многие, доведенные до исступления, кончали самоубийством или же на глазах у конвоя бросались бежать с криком «стреляйте» и действительно пристреливались надзором. Данное дело возникло в августе 1929 г., неоднократно сознательно откладывалось и лежало месяцами без движения и было скрыто от Комиссии; когда же члены последней узнали о его существовании, то им было заявлено сначала, что дело отправлено в Москву, затем – что оно находится у прокурора и лишь 24 апреля дело с обвинительным заключением поступило в Комиссию. Многие эпизоды дела явно смазаны, а часть обвиняемых во главе с Гашидзе находилась на свободе. По делу ведется детальное расследование сотрудником ОГПУ.

При ознакомлении с постановлениями по ранее законченным делам об издевательствах над заключенными установить точное количество направленных в ОГПУ и прекращенных в дисциплинарном порядке следственных дел не представилось возможным. Выявлено, однако, 8 случаев явно незаконного прекращения в дисциплинарном порядке дел с совершенно конкретно установленными случаями истязаний заключенных. Кроме того, 8 числящихся прекращенными или переданными на усмотрение администрации УСЛОН аналогичных дел совершенно не оказалось в архиве. Приведенные примеры относятся к концу 1928 г., но Комиссией обнаружено и два возмутительных дела, возникших уже в 1930 году.

  1. 15 марта с.г. тов. Эйхманс было отдано распоряжение о производстве расследования по жалобам заключенных на избиения и об аресте виновных в случае подтверждения (3 отделение СЛОН). Несмотря на то что виновность конвоира установлена, арестованы они до приказа Комиссии не были (дело Шульца и Проценко).

  2. Дело о вполне доказанной смерти заключ[енного] Бурзака от побоев, нанесенных ему десятником из заключенных Мелещиным, по прямому распоряжению администрации УСЛОН’а было прекращено. По делу ведется расследование сотрудником ОГПУ.

В процессе работы Комиссии установлен ряд случаев избиения заключенных сотрудниками ИСО (заключ[енными] из бывш[их] чекистов). Сотрудник ИСО Горбачев уже арестован, по поводу других начато расследование. Всего на 24 апреля Комиссией арестовано 24 чел., вместе же с делами ИСО привлечено 74 чел., из коих арестовано 47, а об аресте остальных отдано распоряжение. Следствие развивается специально вызванным из Москвы сотрудником ОГПУ.

Таким образом, обследованием Комиссии система пыток, избиений и истязаний заключенных охвачено по всем отделениям УСЛОН.

Вопросы быта заключенных обследованы Комиссией относительно поверхностно. Внимание фиксировалось, главным образом, на основных дефектах обслуживания населения лагерей и основных их запросах и нуждах.

Как повсеместное явление отмечена жалоба заключенных на отсутствие нормированного рабочего и выходных дней. Большинство работ СЛОН носит сезонный характер: лесоразработки, рыбные промыслы, дорожное строительство, сельское хозяйство и т.д. На этих отраслях труда нормировать рабочий день, особенно в связи со специфическими атмосферными условиями, представляется невозможным. Работа распределяется по урокам, причем о непосильной тяжести последних поступает масса заявлений. Выходной день соблюдается лишь на мелких кустарных производствах.

Определенную приказом по УСЛОН’у норму продпайков можно признать по существу удовлетворительной, но благодаря злоупотреблениям или халатности обслуживающего персонала сплошь и рядом как система наблюдаются случаи недодачи пайков, изготовления крайне однообразной пищи и проч.

Культурно-просветительное обслуживание заключенных налажено в своей структуре удовлетворительно. Почти повсюду имеются красные уголки, очень приличны стенгазеты, читаются лекции на различные темы, но объекты обслуживания ввиду крайней тяжести работы не в состоянии заниматься культурным времяпрепровождением. Кроме того, культпросветработа в большинстве командировок явно не соответствует жестокости режима.

Возмутительно поставлено повсюду дело доставки корреспонденции. Заключенные жалуются на задержку писем в течение 1–3 месяцев. При обследовании п/о Труда и Учета СЛОН Комиссия натолкнулась на несколько десятков пачек писем, лежащих на полках почти сплошь свыше двух месяцев и ждущих разметки. В цензуре ИСО письма задерживаются до 1-го месяца. В связи с организацией аппаратов цензуры при отделениях СЛОН и, в частности, на Соловках (по предложению Комиссии) этот срок должен значительно сократиться.

Жилищные условия заключенных чрезвычайно тяжелы, ни о какой норме говорить не приходится, так как обитатели обследованных бараков из-за крайней скученности в большинстве спят, тесно прижавшись друг к другу. На постельные принадлежности нигде нет и намека. Вновь построенные бараки производят более благоприятное впечатление, но тем более резок контраст между ними и массой старых бараков.

Из рук вон плохо медицинское обслуживание населения. На 57 000 человек населения лагерей имеется всего лишь 28 врачей, сосредоточенных почти исключительно при стационарах отделений СЛОН. Квалификация лекпомов (180), несущих совершенно самостоятельную работу, недостаточно проверена. Большинство лекпомов не имеет медицинского образования. Кроме того, все они как заключенные целиком зависят от администрации командировок, вследствие чего даже при наличии желания не в состоянии должным образом реагировать на жестокость режима, направление на работы заведомо нетрудоспособных и проч. Многие из них к тому же усвоили линию поведения начальства и сами проводят ее, не оказывая больным помощи, грубо выгоняя их и т.д. Случаи избиения, естественно, не фиксируются. Такие факты отмечены по всем командировкам.

В значительной степени как следствие жестокого режима и сурового быта заключенных приходится рассматривать чрезвычайно высокую заболеваемость и смертность последних. За два квартала 1929/30 г. переболело в стационарах 25 552 человека, т.е. 44,6 % населения. Амбулаторных посещений за этот же период было 425 426, или 743,8 % по отношению к населению. Умерло за те же полгода 3583 человека, т.е. 6,8 % населения, или 14 % стационарных больных; из этого числа 1004 человека, или 26 %, умерло от сыпного тифа и 396, или 11 %, – от истощения и малокровия. К этой статистике нужно прибавить уже упоминавшиеся в разделе о рабсиле данные об изнашиваемости заключенных: за 10 месяцев 1929/30 года отсеяно как непригодных к работе 25 % полноценной рабочей силы.

В целях пресечения дальнейшего процветания жестокого режима и для улучшения быта заключенных Комиссией предприняты следующие меры.

  1. Предложено немедленно ликвидировать систему заключения в неприспособленные (неотапливаемые) помещения.

  2. Предложено срочно оборудовать (нарами и проч.) все арестные помещения.

  3. Изысканы средства и внесены в смету ассигнования на улучшение продовольственного и вещевого довольствия заключенных (постельные принадлежности и проч.).

  4. Арестовано, как уже указано выше, 24 человека из состава администрации, надзора и охраны командировок.

  5. Арестованы начальник п/отдела Труда и Учета, зав. Торговым п/отделом и нач. Дорстройтотдела УСЛОН; вносится предложение отстранить от должности помначУСЛОН.

  6. Углубляется и развивается следствие по заведенным делам и начинаются новые.

  7. Проведена разъяснительная кампания среди партийной части работников УСЛОН.

В результате энергичных мероприятий Комиссии системе истязаний заключенных пока положен предел.

Из свидетельских показаний заключенного СЛОНа о насилии и издевательствах над заключенными, данных комиссии А.М. Шанина

[Начало мая 1930 г.]             Соловки

<…> Новиков Александр Михайлович, начальник одного из пунктов 4-го лагеря (Соловки), в 1926 г. был командиром 5-го взвода команды надзора и заведующим следизолятором и карцером. Сколько он бил заключенных, у меня на голове волос нет. И, представьте себе, благодаря только этому он продвинулся вперед по служебной лестнице. Человек этим сделал себе карьеру (!). В 1928–29 гг. он был начальником командировки (в то время 5-е отделение) «Кондостров». В 1929 г. на Кондострове случился побег: бежали закл[юченные] Криштоп и Юхневич. Они пытались на сколоченных бревнах добраться до материка, пойманы они были в одном километре от берега. Били их за это кошмарно. Били: Пойкан, замещавший в то время Новикова, бывшего в отпуску, Соловьев Александр (один из заключенных, пресмыкавшийся у Новикова, Пойкана и проч.), Попков – в/н стрелок, Петров Аркадий – сотрудник ИСО и секретарь [парт]ячейки Дернов Роман Федорович (!) Соловьев доходил до того, что когда уставал бить палкой, плеткой, порол лежащих ногами, ложился на обоих и грыз их зубами. В результате Криштоп с отбитыми легкими и без одного живого места на его теле, а Юхневич до неузнаваемости опухший и весь в ранах, умерли в холодном карцере. Оба только в одном белье. Новиков, приехавший к тому времени из отпуска, не разрешил даже положить их в лазарет, а когда приходил в карцер лекпом, то он с криком и матом не разрешал оказывать им медпомощи.

Все это происходило на глазах 600 чел. заключенных. Кто только не знал на «Конде» об этой дикой и зверской расправе. Об этом я уже слышал разговоры и здесь, на материке.

В 3 отделении на к[омандиров]ке «Кандалакша» был начальником некто Евстратов Андрей Самойлович. Здоровый парень, косая сажень в плечах. Этот занимается тем, что «ласкает», как он выражается.

– Ведите его сюда, я его обласкаю.

А ласкает он всегда здоровенной палкой. Однажды он на к[омандиров]ке «Кандалакша» в своей комнате так «ласкал» одного заключенного, что тот весь в крови лишился сознания. И что больше всего возмутительно – это то, что [как] человек сознательный, [он] выбирал палку с гвоздями. <…> Посадит, бывало, прошлой зимой Евстратов кого-либо в карцер, как правило, разденет его, а карцер – дощатая пристройка к бараку для дров. Замерзнет заключенный и кричит во все горло: «замерзаю, спасите», а пугливо проходящие вольные граждане только, озираясь, покачивают головами. Привезли однажды ([в] прошлую зиму) из Колвицы в Кандалакшу партию больных заключенных. Все грязные, раздетые, часть из них уже мертвецы, а другие на глазах умирают: его берут с саней, кладут на снег и он тут же на глазах умирает. Всю эту картину видят проходящие мимо вольные граждане.

Однажды я был в Кандалакшском РИКе. Смотрю, из кабинета председателя выходит группа людей. Это были члены РИКа, только что закончили какое-то заседание. Все они как-то оживленно разговаривали между собой, говорили что-то о УСЛОНе. Вдруг слышу: «Что это они делают, палками людей убивают, грязь на советскую власть льют». Фамилию говорившего я забыл, он в Кандалакше известен под кличкой Пароход. Кстати скажу: все население Кандалакши крайне антисоветски настроено.

Конец 28 года. В УСЛОН введена воспитательно-просветительная политика. По всем ротам теперешнего 4 отделения созданы красный уголки. Ну, думал я, наконец-таки! К этому времени у меня так изболелась душа, говоря просто, так я внутренне настрадался за престиж советской власти, что, помню, от волнения появлялись слезы. Попробовал я иногда выступать на страницах стенгазет, но, что вы думаете, лишь некоторые мои статьи были помещены, не имевшие серьезного воспитательного и разъяснительного значения. «Мы не призваны спасать отечество. Нашу политику надо рассматривать в разрезе выполнения услоновской лесозаготовительной программы», – было однажды сказано тов. Успенским, нач. ВПО. <…> На другой день после организации красного уголка в 14 роте (Соловки) в помещении уголка ночью дежур[ным] Колотом был избит один заключенный, укравший кусок хлеба. Его так били, что перебили ушную перепонку левого уха. Вы думаете, что ИСО, куда было заявлено об этом случае представителями ВПО, сделало что-либо [?] Конечно, нет. А Головкин, там нач. отделения (Соловки), тот еще проще посмотрел на это дело: появился в пьяном виде в 12 роте (Соловки), там в это время пел хор, и сорокаэтажным, присущим ему матом, разогнал всех, а командира роты хотел посадить за это в карцер.

<…> Вы не думайте, что я больно сентиментальный. Я чекист, и с большим стажем. Не одну сотню каэров я расстрелял лично. Но я одновременно и чекист, и очень добрый и отзывчивый человек. А главное, каждый свой поступок я стараюсь сделать таким, чтобы он на все 100 % шел только на пользу Советской власти. Советская власть так мне дорога, что вы и представить себе не можете. И это несмотря на то, что я в Соловках по рецепту Спецотдела перенес массу лишений и унижений. Теперь это дело прошлое, но осадок-то на душе остался горький. Одному только я рад: не могу я, выражаясь соловецким термином, «ссучиться», т.е. изменить, изменить тому, чему так долго, самоотверженно, бескорыстно служил, за что страдал в белогвардейских тюрьмах. <…> За это я получил седые волосы (в Соловках), подорвал свое здоровье и близок к самоубийству. Сижу уже 5-й год, не просил, не прошу и ни за что не буду просить освобождения, хотя бы это мне стоило жизни. Я жертвую не только собой, но и своим ребенком, обреченным на голодное существование уже 5-й год. Я заслуживаю того, чтобы обо мне само ОГПУ подумало. Оно, конечно, не подумает… Я в глазах ОГПУ маленький человечек…

[Подпись отсутствует]

ЦА ФСБ России. Ф. 2. Оп. 8. Д. 116. Л. 102–112; опубл.: Исторический архив. 2005. № 5. С. 70–76.

22 ноября 2018  · 5,1 K
Прочитать ещё 6 ответов

К кому обращены эти строчки не боишься никого кроме бога одного?

alice20148,7K
Мои интересы: разнообразны, но можно выделить следующие: литература, история...

В "Сказке о мертвой царевне и о семи богатырях" А. С. Пушкина королевич Елисей так обращается к ветру, спрашивая его о том, где искать возлюбленную.

Прочитать ещё 4 ответа