Факт первый: меня поразило, что когда я раскладываю перед собой все условия задачи — как-то так умудряюсь то ли нарисовать их себе все на листочке, то ли представить уме их все разом - именно одновременно… - то случается некое чудо: неизвестно откуда во мне вспыхивает точное понимание, как эту задачку решать. И понимание это является некой мыслеформой - оно не может быть никак выражено словами, но сияет во мне какой-то чувственной воображаемой структурой. Далее я должен быстро-быстро записывать всю логическую цепочку продвижения к точному ответу на вопрос задачки. То есть, я открыл три фазы творчества, как я потом понял: предварительную раскладку всех известных факторов, момент инсайта, отработки цепочки действий по добычи конкретного решения-результата.
Факт второй: когда мы проходили восстание Уота Тайлера, меня всего затрясло счастьем - я узнал свою любимую книжку "Джек Соломинка" - и вдруг понял великое… Материал в учебнике истории был изложен всё тем же отвратительным казённым языком, что и любые другие там сведения. Если бы я не читал книжки, и этот материал прошёл бы мимо меня, ничего, кроме скуки, не вызвав. Я понял тогда, что вот и за любым другим историческим фактом скрывается такая поэтика - атмосфера времени, обаяние среды. Я постиг конкретизацию абстрактного. И стал практиковать это превращение абстрактного в конкретное. Расшифровывать издевательски канцелярский или пошло-пафосный язык школы на чудо смакования жизни во всей её вселенской музыке. Я стал сам себе переводчиком и истории, и географии, и физики с химией, а потом даже и математики… Я вдруг вошёл в мир культуры… Я понял, что знания - это полуфабрикат, а остальную половину работы я должен проделать сам - для моего собственного счастья.
И когда уже в последнем классе я прочитал в журнале "Юность" слова Корнея Чуковского "Только те знания прочны и ценны, которые вы добыли сами, побуждаемые собственной страстью. Знание должно быть открытием, которое вы совершили сами", я уже был готов понять, насколько школа далека от образования…
Факт третий: (пока я это всё пишу, факты прибывают из памяти, но велено три, излагаю только три) учительница математики в старших классах умела спокойно и без эмоций ставить единицы, нисколько не истеризуя, как все прочие учителя, а всё так же с симпатией к нам, раздавая проштрафившимся листочки с дополнительными заданиями - конкурсными задачками. Решай, мол, и исправляй оценку. На фоне стрессов прочих предметов, её предмет, математика, стал неким особым царством творческого азарта. Там случилось некое наше здоровое соревнование: она, кроме домашек по программе, давала нам сверх плана всяческие вступительные в разные вузы задачки - и называла, когда и какой вуз имел такие. Не помню такого за собой никогда ещё, но из школы приходя, я первым делом именно в эти её дополнительные задачки вгрызался. Потому что завтра она первым делом спросит, кто решил эти сверхпланы, и соберёт наши, этих добровольцев, листочки в клеточку с решениями. Я так хотел попадать в число решивших…