«Зулейха открывает глаза» — время действия 1920-1930–е годы, период борьбы с кулацкими хозяйствами. Зулейха живет с мужем Муртазой и его ослепшей матерью, которую автор книги Гузель Яхина называет Упырихой (это важная деталь, которая пригодится при дальнейшем объяснении).
Семью раскулачивают, мужа убивают красные из отряда продразверстки, Зулейху вместе с другими зажиточными жителями села отправляют в Сибирь — возводить трудовой лагерь. Однако трагичная история оборачивается для Зулейхи внезапно обретённым счастьем. Далее последуют спойлеры, осторожно.
Негативная реакция среди некоторых татар на фильм (а ранее и на книгу) «Зулейха открывает глаза» вызвана не самой историей, фабулой, лежащей в основе произведения. Не художественными достоинствами, не исторической правдой. Гнев вызвали детали.
Если открыть фейсбук и посмотреть комментарии в татарских сообществах, например, здесь и здесь, то наиболее частые упреки такие:
1. В фильме нет положительного образа татарского мужчины
Муж Зулейхи Муртаза — крепкий хозяйственник с просторным домом, лошадью, несколькими коровами и большими запасами зерна. В фильме показано как жестоко Муртаза обходится с Зулейхой: бьет ее железной бляшкой ремня, насилует, замахивается на неё топором — и это только физические проявления его отношения. Психологически он даёт понять Зулейхе, что ее место условно «у плиты». При этом он нежно любит свою слепую мать Упыриху, которая также издевается над Зулейхой.
В то же время все положительные качества отданы другому ключевому персонажу - русскому красному командиру Игнатову. Он умеет сопереживать, он смелый, он человечен, в отличие от деспота Муртазы.
Аналогично вызывают симпатию персонажи доктора Лейбе или семьи интеллигентов из Петербурга.
Такая трактовка вызывает недовольство татар, спрашивающих: почему все положительные мужские персонажи — русские или немцы?
Однако в фильме помимо центрального образа Зулейхи, есть и другие сильные персонажи-татары — например, арестованный хазрат мечети, который, несмотря на свое положение пленника, пытается убедить «красных командиров» увести из здания мечети овец. То есть идёт на принцип — для него вера остаётся верой не только на словах и выражается не только в сане, он не боится верить. И вместе с другими мужчинами проводит в заброшенной мечети, превращённой в колхозный хлев, молитву. Хазрат пользуется уважением окружающих татар — это в корне противоречит советской пропаганде, рисующей мулл и священников как колдунов и лицемеров, желающих разбогатеть.
В этом плане Гузель Яхина даёт татарским персонажам внутренний нравственный компас: и Зулейха, и хазрат — носители высокой нравственности, доброты и сострадания.
2. Не было такого, чтобы мужчина-мусульманин избивал и насиловал жену. Автор нападает на исламские ценности.
В доме Муртазы действуют строгие патриархальные порядки, свойственные тому понимаю шариата, которое сформировалось у европейцев под влиянием ориентализма западных востоковедов. По европейской морали, положение женщины в мусульманском обществе — бесправное, равносильное рабству. И спорить здесь можно вечно: с одной стороны, в чужой монастырь со своим уставом и мерилами правильности не лезут, с другой — невозможно спокойно наблюдать как женщины не имеют права ходить на футбольные стадионы, покидать страну без разрешения мужа и пр.
С точки зрения шариата, положение женщины в исламе максимально защищенное, ее муж должен обеспечить ее максимальную защиту от внешнего мира, она же — хранительница семейного очага.
Несмотря на то, что весь XIX и начало XX века в татарской литературе и философии прошли под знаком определения места женщины, предоставления ей просвещения, равных с мужчиной прав, в итоге позиция женщины оставалась прежней — тот же статус «хранительницы очага».
Возможности для трудоустройства и построения жизни татарской женщины в начале XX века действительно сильно зависели от мужчины. И ни один татарский философ или литератор не видел счастья для женщины вне замужества. Разница была лишь в том, добровольно женщина выбирала себе спутника или нет.
Это находим и в литературе: ранние произведения реалиста Гаяза Исхаки, если трактовать их сюжеты прямолинейно, говорят нам: «если женщина не выходит замуж, то ей нет места в обществе» (смотрите повесть «Тюбетейщица»*). Аналогичные мысли разделял и крупнейший татарский философ начала века Ризаэтдин Фахретдин.
Но так было не только у татар. На тот момент подобная парадигма существовала практически у всех народов России, включая и самих русских (и крестьян, и дворян).
Говорить о том, что татарин не мог ударить жену — лукавство. Рукоприкладство было обыденностью, но воспринималось как нечто само собой разумеющееся, не выносилось из избы.
Поэтому обвинять автора в намеренном искажении порядков мусульманской семьи неправильно. Сама она в интервью призналась, что «по большому счету эта традиционная деревенская жизнь подсмотрена в доме бабушки и дедушки. Дедушка любил бабушку. Тем не менее, в доме всегда была тема мужчины и тема женщины. Это не признак унижения женщин, но подчеркивает патриархальную роль мужчины».
*Подробный анализ татарского феминизма в произведениях Исхаки - http://libweb.kpfu.ru/referat/2000/0716505-1.pdf
3. Герои, жители села, говорят по-русски без татарского акцента.
Согласно версии «нападающих татар», создателям сериала следовало сделать так, чтобы все татароязычные персонажи говорили на родном языке, а снизу пустить русские субтитры.
Их довод: в татарской деревне в 1920-1930-х годах крайне малая часть населения понимала и изъяснялась на русском языке, поскольку жила в замкнутом мире: образование получала в медресе на татарском языке, в семейном кругу также использовался исключительно родной язык.
Несмотря на нападки, в фильме татарская речь присутствует, но зачастую лишь для обозначения национальной принадлежности персонажа — вклиниваются слова «яхшы», «әйбәт» («хорошо») и т.д.
4. Татарские бабушки не были такими жестокими, как Упыриха
«Нападающие» вновь пишут, что татарская бабушка показана в сериале как злобная и подлая старуха, архетип «мачехи». Упыриха рассказывает сыну, что убила четверых своих сыновей, которых не любила, чтобы выжил он один. Таких бабушек, как пишут татары, никто из них не припомнит.
Однако это, как ни странно, единственный персонаж, списанный с реального человека. Гузель Яхина в интервью признается, что писала этот образ со своей прабабки, имевшей деспотичный нрав.
К слову, некоторые татары по этой причине всерьёз обижены и на поэтессу Анну Ахматову, написавшую: «мне от бабушки-татарки были редкостью подарки; и зачем я крещена, горько гневалась она».
5. Предательство нации
Зулейха находит своё счастье в материнстве, в любви и поддержке красного командира Игнатова, который с самого начала показан мятущимся между совестью и долгом. Под конец Игнатов предстаёт героем-спасителем и дает сыну Зулейхи Юзуфу свою фамилию и помогает сбежать из трудового лагеря.
Татар возмутил тот факт, что Зулейха решается на интимную близость с Игнатовым, не будучи его супругой. Это, по их представлениям, показывает татарских женщин как легкодоступных.
Тема побудила татар в очередной раз вспомнить о вреде смешанных браков для нации. И о том, что истинная татарка так бы себя не повела. Именно за эти сцены и ругают исполнительницу главной роли — Чулпан Хаматову. Татары называют ее предательницей собственного народа, очернившей его на всю Россию.
Но если обратиться к статистике (доступна лишь за 2009 год), в Татарстане только 14,7% опрошенных осуждают незарегистрированное сожительство, половина (50%) относятся нейтрально и 35,3% одобряют такой союз.
Каждый пятый брак в Татарстане сегодня — межнациональный. Гузель Яхина отмечает, что для нее «межнациональный брак — это вообще самый главный критерий мирного уживания наций».
— По-моему, это очень здорово, и это показатель того, что люди живут с людьми, а не татары с русскими. Я сама нахожусь в межнациональном браке, мой муж русский. Мой брат тоже находится в межнациональном браке. Мне кажется, что постепенно эта тема станет совершенно обычной, — призналась автор в интервью ТНВ.
6. Постельная сцена в мечети
Постельных сцен в фильме не так много, если сравнивать с другими сериалами канала «Россия». Однако возмущение вызывают не столько сами сцены, сколько то, что одна из них происходит в мечети. Герои Юлии Пересильд и Евгения Морозова занимаются прелюбодеянием прямо за стеной от помещения, где только что читали намаз. Съемки проходили в реальном здании бывшей мечети в селе Мачкара в Кукморском районе Татарстана. Ныне мечеть не действует, но остается объектом культурного наследия.
Стоит отметить, что скандальную постельную сцену снимали не в мечети, пусть и заброшенной, а в специальном павильоне. Об этом заявил муфтий Татарстана Камиль Самигуллин.
To sum up: главная причина, почему некоторые татары недовольны и книгой, и фильмом — то, что им страшно посмотреть в зеркало. Страшно признать, что у татар тоже есть секс, есть семейное насилие, есть братоубийство, есть предательство. Из-за того, что на российских федеральных каналах редко (крайне редко) показывают жизнь татар — второго по численности народа России после русских — фильм «Зулейха открывает глаза» видится таким татарам как витрина татарскости, как возможность заявить о себе, как о нации.
Но это не так. Это исключительно художественное произведение, не претендующее на историческую достоверность. Несмотря на тот факт, что автор писала историю на основе воспоминаний раскулаченных семей, в том числе, истории своей бабушки, весь рассказ Зулейхи выдуман.
Спасибо, вам Эльнар, за правду и разбор полётов.
Если кратко - фильм на конкретном примере создаёт в умах людей достаточно негативный образ татарского быта.
P.S. Натсоящие ценители знают, какой фильм про Зулейху, настоящую Зулейху, действиельно стоит смотреть))
(который по произведению Гаяза Исхаки)