Она не может быть подтверждена в силу того, что подтверждением в данном случае могло быть только свидетельство из первых рук (т.е. самого Августа), однако такового у нас нет. Сами слова сохранены Светонием, который пишет (Suet., Aug., 23, 2) следующее:
Adeo denique consternatum ferunt, ut per continuos menses barba capilloque summisso caput interdum foribus illideret, vociferans: Quintili Vare, legiones redde! (Передают, что он до такой степени был сокрушен, что, отпустив бороду и волосы, часто бился головой о двери, крича: Квинтилий Вар, верни легионы!).
Мрачная картина императорских страданий вполне понятна, если учитывать масштаб катастрофы. Однако Светоний остается верен самому себе и дает нам ссылку в виде глагола ferunt (передают). Неопределенность это ссылки Светония (который в том же жизнеописании Августа нередко ссылается на конкретных авторов) позволяет предположить, что это был курсировавший при дворе анекдот не совсем ясной степени достоверности. О печали Августа (говорю сейчас исключительно о его реакции) сообщают Кассий Дион (у него император просто разрывает одежды: Hist. Rom., LVI, 23, 1) и Павел Орозий (Hist., VI, 21, 27: автор пересказывает Светония, сочинение которого ему было известно). Более ранний, чем Светоний, Веллей Патеркул ничего не говорит о реакции Августа; ничего мы не находим ни у Аннея Флора, ни у Тацита. Таким образом, до Светония традиция (в лице Веллея Патеркула) реакции Августа не знает; неизвестна она и современникам Светония (Тациту и Флору). Важным моментом является то, что Светоний указывает на факт отказа Августа от услуг цирюльника (в знак великой печали). Детали внешнего облика позволяют предполагать, что за свидетельством стоит некое личное впечатление. Вполне возможно, что кто-то из близких видел императора в этом состоянии и оставил какое-то указание в своих мемуарах, что и дошло затем до Светония (опять же, сам ли он это читал или слышал от некоторых, которые ему это передавали?).