Почему слово "пирожок" единственного числа (вкусный пирожок), а полпирожка - множественного (вкусные полпирожка)?

Фокусы: 

У меня было полпирожка.

Грамматически полпирожка такое же единственное число, как и весь пирожок. Более того два пирожка единственное, и три оно же, и четыре, а вот пять и более уже множественное. Ответственность за такую свистопляску возлагают на исчезнувшее двойственное число (кто уволился, тот во всём и виноват). 

И действительно: два яблока упало или два яблока упали? А три человека? 

Вот, у Льва Николаевича:

Есть другие мнения, но мне представляется, что полпирожка – это словосочетание, которое по орфографическому правилу пишется слитно (ср. треть пирожка, четверть пирожка, пол вкусного пирожка). Словосочетание чего с чем? Числительного "пол" и существительного "пирожок" в форме родительного падежа единственного числа. Как и положено дробным числительным (одна тридцать вторая пирожка, две миллионных пирожка) оно сочетается с сущ. в р.п. ед.ч.. Совсем не научно, но просто домысливаем слово "доля" или "часть" и всё встает на свои места.

Почему же полпирожка такие вкусные? Тут может быть несколько объяснений. Я придумала два: 

а) действует привычный шаблон: прил. им.п.+числит 2-4, им.п+сущ. р.п., ед ч. Если вкусные два пирожка, то почему бы и полприрожка не быть вкусным.

б) смешение форм. Носители русского действительно при дробных числительных додумывают слова типа "доли" или "части". А поскольку у них форма родительного падежа единственного числа совпадает с формой именительного множественного, то так вот наложилось одно на другое и теперь полпирожка тоже вкусные.

Мои симпатии на стороне второго варианта. Хотя безусловно мои объяснения корявы, и комментарий я оставляю, чтобы почитать нормальных славистов, которые возможно придут отвечать. 

Из-за того, что присоединяется слово в родительном падеже единственного числа, как в случае с числительными "два", "три", "четыре", согласование выполняется по аналогии с этими сочетаниями: