Ну не знаю, мне с первого дня было предельно ясно, что воюя с террористическим режимом ты скорее всего ещё долго будешь жить в постоянной террористической опасности. Так что даже странно, что пришлось ждать таких актов так долго. Ну что же, социальным психологам виднее, с какой скоростью народная масса принимает ситуацию. Кто-то схватывает суть за несколько дней, кто-то за несколько лет.
Кампания имеет много признаков договорняка. Если власть идёт на эскалацию, значит есть какой-то расчёт, что это должно привести к выгоде (каждая из сторон). А у нас своя выгода — мы сами должны её соображать.
Что делать?
Мобилизовываться, усилить поддержку армии, установить нулевую терпимость к коррупции, отказаться уже наконец от увеселительных мероприятий, повышать бдительность — всё то, что нужно было делать сразу. И если бы мы делали это значительно раньше, можно было избежать вооружённого конфликта.
Хотя мне всегда было странным: если все говорят о мире, зачем реально в мире столько оружия? Значит люди собирались воевать, и будут воевать, пока не кончится оружие, и значит это нужно, чтобы познать себя. Я вот смотрю, что с людьми происходит, и понимаю: заслужили.
Это уж прямой терроризм
Ничуть не более прямой, чем уже десятки случаев.