Здесь сразу необходимо сказать об одном очень важном аспекте: большинство из тех людей, особенно монашествующих, кто практикует однополое сексуальное поведение, не определяют себя как ЛГБТ. Они могут говорить о том, что у них есть проблемы в сексуальной или гендерной сфере, но не будут называть себя ЛГБТ. Это то, в том числе, о чем пишут и авторы письма — конфликт между религиозной и сексуальной идентичностями. Иными словами, главные трудности, с которыми сталкиваются ЛГБТ-верующие, — это их внутренняя борьба, непринятие себя, искаженный образ себя и Бога, религиозная травма, которую они проживают. Иногда это заканчивается очень печально: в пределе — самоубийством, более «мягким» вариантом является полная диссоциация человека с его сексуальной и эмоциональной сферой — одна из тяжелейших форм невротического расстройства. В этом смысле, можно со всей ответственностью, в след за христианским психологом Мариной Филоник, повторить, что «церковь как социальный институт цементирует неврозы».
В этом смысле отлучение от причастия или иные епитимьи — это обычная практика православной церкви. Но намного хуже, когда священники начинают подталкивать людей к т.н. «репартивной терапии» — псевдонаучным практикам, в следствии которых у людей происходит усиление депрессивного состояния со всеми вытекающими. Известны и другие случаи, когда гомосексуальность объявляется демонической одержимостью и человека отправляют на отчитку. В результате чего он, опять же, получает сильнейшую психическую травму.
Ответы на другие вопросы читайте в материале Rus2Web.
ответ предельно корректен.
Если человек открыто говорит о своей ориентации, то думаю некоторые служащие могут "изгнать" некого демона, другие будут говорить, что нужно больше молиться, чтобы вернуться на правильный путь. Только некоторые скажут, что Бог любит всех и что можно продолжать посещать службы и просить здравия родственников.