1992 приложение Советский спорт плюс 8 №38
Он заперся у себя на Виа Кассиа, 1041, что в северном пригороде Рима, Журналистов к себе не допускает. С таким послужным списком (а у него «всего-то» две олимпийских медали: в 1980-м на московских Играх на «двухсотке» - золотая и на той же дистанции в Мюнхене-72 бронзовая. Это, что называется. личные, И еще одна «бронза», полученная в Москве же, в эстафете 4×400. А кроме «бронзы» на чемпионате мира-83 на двухстах, троекратно повторенные победы на чемпионатах Европы. И два потрясающих рекорда: мира - на дистанции 200 м и Европы - на 100 м) это можно себе позволить, И вообще, Пьетро Меннеа - человек-легенда. Тем более загадочная из-за своего отшельничества,
Итак, первый вопрос:
«СОВЕТСКИЙ СПОРТ»
- Вы помните, я вам рассказывал об учившемся со мной в колледже русском графе Вольдемаре Дубовском? Хотите с ним познакомиться? - спросил меня однажды Холмс.
- Тогда собирайтесь, - он взглянул на часы. -- Я иду к не-
му.
ЖИЗНЬ, КАК СПРИНТ
Конечно!
Когда мы пришли, граф и еще несколько русских находились в кабинете С одним он играл в шашки, остальные наблюдали: Оба партнера низко склонили головы над доской и сосредоточенно думали, не замечая ничего вокруг.
Игра по русским правилам отличается от наших английских шашек, - шепотом начал обьясснять мне Холмс. Но тут граф, оторвавшись от доски, обвел глазами комнату и увидел нас.
- О. Шерлок, ты уже здесь! А я так увлекся, что даже не заметил, как ты вошел, У нас тут интереснейшая партия! Прошу извинить меня, сказал он партнеру, встал, познакомился со мной, а затем представил всем меня и Холмса. - Сейчас я тебе что-то покажу, Шерлок. А уж вы, господа, простите меня, но я на пять минут вас покину. Ведь мистер Холмс и доктор Уотсон не знают русских шашек и смотреть нашу игру им скучно. Я дам им занятие.
Граф повел нас в соседнюю комнату, где сначала достал и вручил нам для просмотра старинную книгу с красочными рисунками, а затем открыл какойто ящик и тут же словно окаменел от ужаса. Лицо его стало мертвенно-бледным, рот был широко раскрыт, как бы от крайнего недоумения. А когда спустя минуту он пришел в себя, то заговорил чрезвычайно взволно-
ванным, но приглушенным голосом:
-O. Шерлок! Что мне делать?! Всего час назад, зная, что ты придешь, я положил сюда фамильное, необычайной красоты, бриллиантовое колье, которое с трудом выпросил у тещи, чтобы показать тебе. Ему цены нет! Она с ума сойдет, если узнает о пропаже! Что мне теперь делать?!
- Лучшее, что ты можешь сейчас сделать, Вольдемар, это принять такой вид, будто ничего не случилось, и вернуться к своему партнеру, Остальное предоставь мне.
- Ты считаешь, это кто-то из них? - дрожащей рукой указал на кабинет граф.
- Я ничего пока не считаю, но и ничего не исключаю.
- Но там лишь мои друзья, Шерлок, или друзья моих друзей, Я не могу допустить, чтобы они узнали, что их всех подозревают! Ты станешь их допрашивать?
- Я уже сказал тебе, Вольдемар: предоставь все мне.
Когда мы возвратились в кабинет, все сидели на тех же местах. Противник графа по-прежнему был погружен в раздумье. Граф опустился в кресло и тоже уставил взгляд в доску, хотя, по-
Говорят, ваш рекорд мира 1979 году вы установили с необычайной легкостью?
в
- И ему многие специалисты предсказывали скорое падение. И вот уже сколько лет прошло… Пока его никому не удалось побить, выбежать из 19,72. Так что судите сами, легко его было установить или нет. Правда, думаю, все-таки кто-нибудь вскоре станет сильнее меня.
- Ваш рекорд возмутил ряды
почитателей легкой атлетики?
- Ну, не почитателей, а руководителей. Что касается почитателей, то тут все просто - мой рекорд принадлежит Италии, принадлежит итальянцам. А вот легкоатлетических боссов он очень смущает. По-моему, уже есть целая организация по уничтожению рекорда Пьетро Меннеа. Всех возмущает, что это за ре-
Юрий БАРСКИЙ
же?
корд такой, который не удается побить с 1979 года. Воспоминания о победе итальянца никому не нравятся. О моем времени вспоминали даже на Олимпийских играх в Барселоне, как будто я в них участвовал. И президент ИААФ Небиоло очень мило высказался, что он, конечно, не хочет подталкивать к тому, чтобы мое достижение было забыто, но мне кажется, что это не так. Короче, когда меня спрашивают, кто может побить мой рекорд, я отвечаю: кто угодно, в том числе
и Неббиоло.
Граф играл черными.
Ходят слухи, что американец Марш на Олимпийских играх скинул скорость на финише и поэтому ваше время устояло…
Не «скидывал» он скорости, Те, кто хорошо знает легкую атлетику, понимают, что на-
Пьетро МЕНHEA:
Я вам не циркач
высшая скорость достигается отнюдь не за счет наивысшего напряжения мышц. Американская школа гласит: беги быстро, но расслабленно. Так вот, когда Марш показал в полуфинале Олимпийских игр 19,73, он действительно на финише расслабился, но набрал за счет этого скорость. Я - единственный, кто это заметил. Но в конце концов, мне принадлежит рекорд мира или не мне?! И я еще раз повторяю, манера Марша не свидетельствовала о том, что он потерял скорость.
… Что вы думаете о том, что легкая атлетика стала одним из самых скандальных видов спор-
- Это по поводу допинга? В мою бытность спортсмены допинг употребляли так же, как и
сейчас, Понимаете ли, допинг
Из записок доктора Уотсона
лагаю, в тот момент он способен был сообразить весьма мало.
Холмс принялся листать книгу. Однако я достаточно знал его, чтобы понимать,что он ни на секунду не выпускает из поля зрения ни доски, ни присутствующих. Вдруг он громко произнес:
- Превосходно! Тут даже без
позиции Саргина обойдется!
На что откликнулся один из наблюдавших мистер Кугель:
- Разумеется, похвально, сэр, что вы слыхали о Саргине, сказал он с ехидной улыбкой, но известно ли вам другое: в русских шашках дамка гораздо быстроходнее, чем в английских - она может ходить не только на соседнее поле, а как шахматный слон,
- Это мне известно. И что
- А то, что Саргин и его позиция тут абсолютно ни при чем. У белых здесь уже дамка и выигрыш не сложный, Я хочу сказать - не сложный для меня, ибо смею вас заверить, что играю далекс не худо.
- Это любопытно! - воскликнул Холмс, в упор глядя на Кугеля. - Я бы такого не сказал, Я тоже разбираюсь в рус-
- это беда не спортсмена или его тренера. Это недостаток системы, когда нужно установить рекорд любой ценой. Кстати, и в мое время были скандалы на этой почве. Десятки легкоатлетов неожиданно взлетали и так же неожиданно исчезали. Что оставалось делать нам, «чистым»? Только тренироваться еще больше. А скандалов по мере коммерциализации легкой атлетике бу-
дет появляться еще больше.
- Можно подумать, в вашей время не платили денег за рекорды?
- Платили. Но я, кстати, вопреки слухам, копошащимся вокруг моего имени, не истратил ни одного сантима из денег, заработанных за рекорд. Ежегодная пенсия, которую я получаю, как бывший «великий», исчисляется
в мизерных суммах, А то, что я получал, когда был спортсменом… Что ж, это правда - я получал деньги, Но я стал их получать только после того, как стал трехкратным чемпионом Европы в семьдесят восьмом году. Но кто, как не я, способствовал рекламе легкой атлетики в Италии?
- Так вас шокирует, что в
вашем виде спорта появились большие деньги?
- Это как раз меня не шокирует. Проблема-то заключается в том, чтобы знать, куда идут эти деньги. Слишком много появилось ныне руководителей, имеющих весьма отдаленное отношение к легкой атлетике, менеджеров, берущихся за дело, котороеони себе даже не представляют.
- И подобная ситуация уже сказывается на положении в спорте?
ских шашках, но вам, мистер Кугель, конечно, виднее. Ведь вы с самого начала неотрывно следили за игрой и потому лучше прониклись духом ее идей. Так?
- Вот в этом вы правы, мистер Холмс. Партия была столь увлекательной, что я, действительно, неотрывно следил за ней. Тогда, может быть, отойдем к окну - там я вижу еще шашки - и вы покажете мне вы-
игрыш?
Минут пять они провели у окна. Затем Холмс подошел к иг-
рокам и сказал, что мы должны уйти, а в дверях шепнул графу: - Ну, Вольдемар, ты счастливчик! Будь положение на доске иным, твоей теще, на зерно, пришлось бы распрощаться со своим колье. Но теперь все в порядке оно вернется к тебе сегодня же.
Весь остаток дня я пытался. сам разгадать, как Холмс уладил
№o 38 октябрь 1992 г.
- Ну, как вам сказать? Когда я выступал, у нас было четыре важнейших старта, к которым надо было находиться в пике формы: Средиземноморские игры, чемпионаты Европы, кубки Европы и Олимпийские игры, Теперь, на мой взгляд, спортсмены потеряли ощущение величия Олимпиад. Возьмите того же Бубку. Если бы он не ездил на всякие коммерческие турниры, смог бы - лучше подготовиться к Олимпийским играм. Легкая атлетика, к сожалению, стала просто цирком, где некогда остано-
виться и подумать.
- Вы сейчас плохо думаете даже о любимых вами в прошлом соревнованиях спринтеров?
- Спринт - это самое интересное, что только есть в спорте! Спринт - это мозаика из подлинных мастеров. Ведь если хоть кого-нибудь нет, уже неинтересно. Только спринт ценят настоящие любители легкой атлетики. В нем все в меру. все со вкусом.
- А кто из спринтеров вам
нравится больше других? A классных спринтеров почти не осталось. Есть, конечно, Карл Льюис со своими великолепными достижениями, А кто за ним? Где теперь Томми Смит сотоварищи? Если только представить себе, что мог бы сделать Смит, не увлекайся он так сильно политикой?! Поэтому я с большим удовольствием смотрю на чемпионов в других видах спорта. Преклоняюсь перед баскетболистом Майклом Джорданом. Баскетболист он гениальный, но, право, он и в других видах спорта мог бы добиться не меньшего! - А что вы думаете о Лин-
форде Кристи?
Его победа в Барселоне на ста метрах меня не удивила, хоть ему уже тридцать два. Я установил свой рекорд мира, когда мне было двадцать семь, и стал олимпийским чемпионом в двадцать восемь. Валерий Борзов и Аллан Уэллс также проявились как блестящие спринтеры в тридцать, Так что, думаю, у Кристи еще есть будущее.
это дело. Безуспешно! И ром я не удержался:
При помощи коллег из «Экип»
H. КАЛУГИНА.
вече-
- Дорогой Холмс! Как же всетаки вам удалось узнать, кто похитил колье?
- Очень просто, Уотсон. Я выяснил, кто во время игры выходил из кабинета. - Теперь и мне ясно, что Ку-
гель. Но вы-то как угадали? - Угадал?! Я не гадалка, сэр, чтобы что-либо угадывать! Я установил это совершенно точно. По тону Холмса я почувство-
вал, что он обиделся.
- Простите, я неудачно выразился. Я хотел спросить, как вы заподозрили Кугеля. Никто же не говорил, что он покидал кабинет.
- Вы ошибаетесь: шашки сказали. А шашки не умеют лгать! Ведь у окна Кугель заявил, что если играющий белыми пойдет в том положении 1. e5d6, то этот размен обеспечит ему выигрыш. Я думаю, после такого его заявления и вы бы, Уотсон, как вы говорите, УГАДАЛИ БЫ. кто выходил из кабинета.
Холмсом явно овладело дурное расположение духа, и я счел за лучшее удалиться, о чем теперь весьма сожалею, ибо после смерти моего друга мне уже, видно, никогда не удастся добраться до истины. А может быть, кто-то сумеет помочь мне в этом?…
В рассказе Юрия Барского «Партия в русские шашки» требовалось показать, чем должна закончиться игра (прерванная в позиции: Б. Д. с3, п. с5, e5, f6, g7, Ч. п. а3, а5, а7, b8, с7, d8) и определить, как Шерлок Холмс выявил похитителя кольз.
Из позиции вытекает, что в ней ход черных (если ход белых,
то как перед этим пошли черные??). Кугель же, утверждая, что не отлучался от партии, считал, что в позиции ход белых, из чего и стало ясно Холмсу, что он выходил из кабинета и похитил драгоценности. Партию должен был выиграть граф: 1… cd6l
2. c:e7 (если 2. e: c7, то хотя бы 2… b: d2 3. gh8 de1 4. fg7 eb4 и т. д. X) 2… ab4 3. c: a5 ab6 4. a: c7 b: h6 5. ed6 hg5×.
ПАРТИЯ В РУССКИЕ ШАШКИ
Документ предоставлен Национальной электронной библиотекой